Отзыв на дораму

О, мой ловец стрекоз!

Куда в неведомую даль

Ты нынче забежал?

Когда речь идёт о трагедии, унёсшей чьи-то жизни, от ремарки «основано на реальных событиях» сжимается сердце ещё до просмотра. Как гласит латинская поговорка, memento mori, – вроде бы в том, что мы все смертны, а иногда и внезапно смертны, никакой новости нет. Но, как показывает фильм «Дети», не такие прохладно-размышленческие мысли лезут в голову, ох, не такие, когда уходит кто-то дорогой, любимый, близкий… ребёнок, например. В такой смерти есть что-то глубоко неправильное, невозможное – залом на ткани мира. В этой истории их погибло целых пятеро. 

«Лягушачьих мальчиков», пропавших в марте 1991 года, искали всей страной. Пять друзей отправились в поход за лягушками в лес недалеко от своего родного города Тэгу – и как в воду канули. Может, заблудились? Сбежали из дома в поисках приключений? С течением времени стало понятно, что что-то не так. Тот самый лес на «драконьей горе» Варён перерыли носом и ничего не нашли. Проводили обыски во всех домах, опрашивали свидетелей, запускали безумное количество рекламы с их фотографиями – без толку. Нет мальчиков, ни живых, ни мёртвых.

Честно сказать, уже из аннотации очевидно, что домой они не вернулись. А вот когда были обнаружены их тела, и, самое главное, где – для меня стало настоящим шоком. В чём же дело? Имело место непозволительная халатность полиции и розыскных отрядов или то была изощрённая схема преступника? Что означало состояние их вещей? Из множества деталей и обстоятельств, на которые рассыпалась общая картина, никак не выстраивался мотив. Также не было и мало-мальского представления о личности убийцы.

Пожалуй, можно сказать, что это в своём роде корейская «группа Дятлова» – такую огласку получило дело. Не счесть, сколько правдоподобных и не очень теорий было выдвинуто до, во время и после расследования. Специфические раны толковали по-разному. Указывали как и на военных, стрельбища которых находились довольно близко от места, где детей нашли, на случайно пальнувших и испугавшихся последствий браконьеров, на неизвестного маньяка со странным modus operandi, на потусторонних сущностей и даже на родителей мальчиков.

Какие-то отголоски этих жарких дебатов мы можем видеть в фильме. Однако сделать вывод, что данная картина смакует тему преступления и смерти – значит сильно покривить душой. Большинство моментов икс обозначены пунктирно и без лишних деталей, не теряя при этом своей остроты. Также невозможно упрекнуть режиссёра Ли Кю Мана в том, что он решил вот так вот выдвинуть свою теорию и поиграть в Холмса. Да, последняя часть фильма кажется несколько искусственной по сравнению с началом и серединой, но мы в своём праве не согласиться с предложенным нам решением загадки «лягушачьих детей». Вполне возможно найти логические прорехи или сказать, что некоторые детали искажены, не соответствуют действительности. Но во-первых, как оно было на самом деле, уже никто не расскажет, к сожалению. Во-вторых же и в главных, эмоциональный фон для меня искупил всё. Фильм не смотришь – его переживаешь, и на момент просмотра всё происходящее становится непреложной правдой.

«Дети», помимо вышеописанного, умудряются поднять ещё ряд болезненных проблем. Например, необходимость увеличения срока рассмотрения уголовного дела, а то и его отмены (что действительно было сделано, но сильно позже описываемых событий). Эх, сюда бы бравую команду дорамы «Сигнал»… А поведение некоторых героев заставляет задаться вопросом: является ли понятие «журналистская этика» оксюмороном? И каким образом талантливый сапожник от мира психологии может оказаться без сапог, попавшись в ловушку самим же собой объяснённой теории? 

На разворачивающееся действо мы смотрим глазами репортёра-телевизионщика Кан Чо Сона. Его, скажем так, соратник, профессор Хван, находится больше на вторых ролях – но образ, несомненно, яркий. Вначале они воспринимали дело «лягушачьих мальчиков» как способ словить и осветить яркую сенсацию или предлог попрактиковаться в прикладной психологии – словом, отнюдь не рыцари правосудия в сияющих доспехах. Но догадка за догадкой, ошибка за ошибкой и один виток расследования за другим – и отступить, сдаться уже стало невозможным. Этот трагический случай стал для них чем-то личным.

Вот оно, нужное слово. Этот фильм очень «личный». Он забирается под кожу и отзывается эхом собственных ощущений и страхов, остаётся в памяти до боли яркими образами. Когда Чо Сон натягивал куртку на голову, в носу стоял запах прелых, гниющих листьев, и становилось колко, трудно дышать. Когда в ресторанчике разговаривали двое отцов, от их горьких улыбок в груди что-то рвалось на части, – а снег тем временем умиротворённо, уютно кружился за окном… Алый, какой-то супермэнский плащик вспыхивает в кадре, как огонь.

Наблюдая за актёрами, я совершенно забывала, что они таковыми являются. Пак Ён У и Рю Сын Рён в роли репортёра и профессора соответственно показали нам потрясающее исполнение. Нельзя не упомянуть харизматичного и упорного детектива Пака, сыгранного Сон Дон Илем. А мельком засветившиеся в фильме знакомцы были неожиданным подарком: Чу Чжин Мо (несравненный король из «Ледяного цветка») и Ли Си Он (очаровательный помощник манхваки из нашумевшей W). Актёры же, сыгравшие родителей пропавших детей, сотворили что-то невозможное. Это действительно были люди, убитые горем, искорёженные надеждой, как ржавчиной, отчаявшиеся и отчаянные. На сценах с ними к горлу подступал комок.

С тяжёлым сердцем ставлю фильму десять из десяти. Отнюдь не потому, что он этого не достоин, нет. Просто для меня он уже стоит ЗА теми рамками, когда ещё можно что-то оценивать.