Отзыв на дораму

Тяжела доля писателя. Доля писателя в 21 веке, когда выпуск книг напрямую связан с предпринимательской средой и её законами, — ещё тяжелее. И при этом не менее трудно сценаристам дорам, которые вынуждены писать «как сумасшедшие», чтобы успеть до дедлайна. Об этом говорили корейские критики, совершенно верно заметив, что Чжин Су Ван вложила в «Чикагскую пишущую машинку» слишком много себя, наделив жизнь Хан Се Чжу чертами, общими с её собственной реальностью.

Чжин Су Ван захотела поделиться с зрителями тем, что для неё действительно важно: писательство, вдохновение, семья, дружба, преданность идеалам и родина. Создав историю под эгидой мистики, околофэнтези и, казалось бы, тривиальной реинкарнации (в которую, естественно, не верит и которой вряд ли даже особо вдохновляется, а использует лишь как метод), ей удалось собрать все эти важные для творческого эго составляющие воедино. Иначе — вряд ли бы получилось.

Развернув красивую обёртку из рекламы, модной одежды, типичных сюжетных загадок, которые были нужны лишь для того, чтобы форма была хотя бы относительно привычна зрителю, суть виднеется почти сразу.

Первая половина дорамы лично для меня была стопроцентным попаданием в понятие идеального: там было больше писательства, больше творческой чудинки и неповторимые аллюзии на книги небезызвестных авторов. Вторая же часть — это ответы на вопросы и поиски себя для героев. Мне, конечно, было уже не так интересно, как в начале, так как сюжетный вектор немного сдвинулся от ожидаемого, однако злиться на сценаристку невозможно: женщина самовыражалась, творила то, что важно для неё, и то, что до сих пор актуально для корейского народа. Минимальный процент обиды особенно испарился, когда Хан Се Чжу говорят, что читатели жалуются, мол, слишком много патриотизма в последних вышедших главах. А ведь он в этот самый момент — видимо, подобно Чжин Су Ван — в кои-то веки писал то, что считает нужным, а не то, что считается нужным.

В целом весь сценарий построен очень грамотно, практически без провисаний. Под конец сильно была впечатлена событиями прошлого века — как и многие другие зрители, ловила себя на том, что с большим удовольствием посмотрела бы отдельный сериал про этих героев. И здесь же, тоже под конец, зародилась мысль, что слишком много всего было намешано в одной дораме: полагаю, стоило выбрать что-то одно — современность или прошлое. При грамотной проработке обеих историй вышло бы две независимых и по-своему качественных картин. Было видно, что во второй половине сценаристка уже устала от героев нашего времени: они не то чтобы сдали, но стали менее яркими и более механическими, словно просто выполняли заданные сюжетом функции. При всём при этом, подавив личные интересы и вкусы, я не могу не признать, что сплетение прошлого и настоящего не выглядело абсолютно бессмысленно, учитывая общую идейность и проблематику дорамы.

Плюсы «Чикагской пишущей машинке» добавляют также безукоризненная режиссура, идеальная работа со звуком (руку приложила та же звукооператорша, которая работала над «Воплощением ревности» и «Токкэби», что не остаётся незамеченным) и неподражаемая актёрская игра. Ни у кого не могло возникнуть сомнений, что видавшая виды в кино Им Су Чжон справится со своей ролью, а вместе с ней и молодой талант (господи, талантище!) корейских кино- и телеэкранов — Ю А Ин. И поскольку недоверия в отношении этих двоих не возникало, то более всех остальных покорил успешным выполнением задачи Го Кён Пё: вроде и знаешь уже, что актёр хороший, хотя пока и малоопытный, но мало ли — затеряется среди таких известных представителей профессии? И пока он бродит в ночи и тумане, время от времени босая «йя, чингу», сомнения — усугубляются. А потом, несколько минут-кадров-серий спустя, он так незаметно вживается и оживает, что зритель навсегда и думать забывает, что этот парнишка — ему всего двадцать шесть (прим.: одиннадцатого июня исполнилось двадцать семь), и он ещё не снимался в главной роли ни разу.

Актёры не сказать что вытянули дораму, но без них всё же вышло бы и в половину не так убедительно. Они отыграли двойные роли, не видя камер и видя своих персонажей — и это удвоило качество «Чикагской пишущей машинки».

Напоследок скажу лишь, что смотрится сериал легко: тут и юмор, и кое-какие загадки сюжета, и пресловутая романтика (см. абз. 3 про обёртку). Тем, кто уже будет смотреть не онгоингом, чего мне лично сделать не посчастливилось, особенно удобно, поскольку небольшие, но всё же немаловажные детали не станут выветриваться из памяти. Хотите красивую необременительную историю — она здесь есть. Хотите немножечко подумать — и для этого почва тут тоже имеется, но только если развяжете узлы.