Отзыв на дораму

Часть первая. А был ли мальчик?...

Хочу расписаться в своей неприязни к детективам. Классический криминальный детектив, в моём представлении, скучная штука: худшие отправления разлагающегося мозга психопатов, резкие, как пуля копы, мелкие страстишки  экранных обывателей -  муторно и кисло всё это, как несварение. И потом, убийца всегда дворецкий.

Иное дело детектив, почти без остатка ушедший в политический триллер. Здесь выпускаются замечательно интересные экземпляры: «Шёпот», «Шеф Ким», «Фальсификация», «Ведьмин суд».  

Но даже в любимых "политических" дорамах пометка «детектив» остаётся для меня переменной, грозящей какой-нибудь гадостью для моей нервной системы.

Вот, например,  «Загадка», ещё один представитель этого направления - виртуозно продуманный  сценарий, воплощение его  - превосходное, высокоуровневые главные актёры, эмоциональная вовлечённость нарастает с каждой серией, спустя две трети экранного времени кажется, дорама окончательно покорила твой мозг, НО…  наступает момент, переменная «детектив» вступает в свои права и… моё сердце было разбито.

И тогда на смену одобрению, сопереживанию, восхищению главной героиней приходит боль за растоптанную жизнь прекрасного человека, и понимание, что,  в  общем-то, и как бы то ни было, Ко Хе Ран – скотина.

Но ах - виртуоз сценарист! Ведь она действительно прекрасна. Как воплощение чеховского постулата. Гармоничная, строгая внешность - манеры, мимика, движения - актриса Ким Нам Чжу создала действительно впечатляющий образ, и среди главных героинь корейских дорам, среди милых глупышек, сумасшедших стервочек, алкоголичек и забияк, встречали ли вы равный ему по силе?  Прекрасна и одежда – работа талантливого стилиста.  Красива и душа (да, да!) – деятельный живой ум, непоколебимая воля, преданность любимому делу, неподкупная честность. Разве может не восхищать такое собрание качеств? Да только ли это? Что отличало её от большинства женщин и мужчин, что позволяло не создавать себе непреодолимых планок, не отступать перед, казалось бы, непреодолимыми условиями – так это уверенность, граничащая с полным отсутствием страха; убеждённость в способности человека управлять окружающей действительностью. 

И мы видим, как деятельно противостоит она планам списать её «по старости лет» с должности ведущей (экое свинство!), в то время как другие давно отступили бы перед границами человеческой физиологии и общественным шаблоном. Мы видим её непоколебимое спокойствие в гнетущей атмосфере следственного изолятора, способность не только трезво мыслить под давлением и шантажом, но выстраивать план реванша над, казалось бы, столь могущественным противником.

И на каком фоне? Вот прокурор, пытается строить карьеру, прислуживается кучке влиятельных преступников. Спортсмен, не ведая угрызений совести, продаёт своё имя и успех тем, кто наживается на рабском труде. Молодая девушка, отчаявшись обойти талантливую соперницу профессионализмом, пытается получить желаемое посредством связи с женатым мужчиной.

«Я поднимусь настолько высоко, насколько смогу» - говорит главная героиня.  И зритель поддерживает, зритель  с нетерпением ждёт поражения её недостойных, нечистых на руку врагов - если не Ко Хе Ран, кто достоин оказаться победителем? И в этом искреннем сопереживании  игнорируются  другие стороны медали. Совсем не замечать их сложно, но очарование красотой этой личности перевешивает чашу весов.  Пока не приходит, в конце концов, осознание катастрофы.  

И ведь перед нами отнюдь не роковая женщина – этот достаточно пошлый ярлык далёк от сути её характера - так что же в действиях Хе Ран определило именно такое значение переменной «детектив»? А может быть, вовсе не было мальчика? Может быть, всё так, как сказал ещё один сильный смелый человек: «Ты ни в чём не виновата, это жизни (понимай, выбор) окружающих тебя людей»?

Но представьте, например: человек спешит на работу, у него важное дело. Он бежит изо всех сил, он перепрыгивает попадающиеся на пути препятствия. Если успеет вовремя - повышение по службе, успех, перспективы, овации, обойдённые менее расторопные соперники. Не успеет – он неудачник, лузер в глазах окружающих; он зря выбивался из сил, ежедневно тренируясь в быстром беге и перепрыгивании препятствий.  И вот, этот бегущий видит упавшего  прохожего, которому явно плохо. И ведь бегущий совсем не виноват, что прохожий  упал, у того просто плохое здоровье. Стоит ли ему терять драгоценные минуты, останавливаясь и оказывая первую помощь, уменьшать шансы вознаградить себя за непосильную большинству работу? (прим.: Вопрос не риторический, ответ прост, есть в УК)

И тогда возникает резонный вопрос, так ли была достойна Ко Хе Ран оказаться победителем, только потому, что бежала быстрее всех? Или были не менее «быстрые» люди, замедлившие бег ради того, что на весах гуманности ценили более успеха. Возможно, кого-то из них Ко Хе Ран даже толкнула в пропасть  – не со зла или умысла, но в горячке погони. А эти слезы Ко Хе Ран в финале – она просто осознала себя несчастной или действительно, как и зрители, почувствовала боль за разрушенную жизнь прекрасного человека?

Часть вторая.  Переменная.

Тем, кто планирует смотреть дораму, категорически не советую читать дальше. СПОЙЛЕР.

Признаюсь, осознание, кто есть преступник, пришло ко мне поздно и стало тяжким ударом. Здесь, разумеется, не очень хочется иезуитствовать  и, тем более, заявлять: «жертва сама виновата». Но к Кевину Ли у меня симпатии не было ни на грош с самого начала. Появился он этаким графом Монте-Кристо в своих темных очках и стильном пальтишке, с томным взглядом и жаждущим отмщения сердцем. Этакие герои-любовники очень популярны в дамских романах. (ОН такой злой-презлой, а ОНА так виновата-виновата, ОН поначалу всячески третирует ЕЁ и другие садо-мазо извращения, а потом снова ласковый и нежный зверь, понимает, что любит - жить не может, и прочая слюнявая история). Только свинство это. Его мелочное самолюбие уязвляло (на протяжении 10 лет!), что главная героиня предпочла ему другого. Не столько сожалений Ко Хе Ран он ждал, но более хотел унизить, посмеяться над её мужем. Если бы этот муж надавал Кевину пару щей по физиономии (более, чем заслуженных), я была бы крайне счастлива за обоих.  Но по случайности случилась трагедия. И Кан Те Ук здесь та же жертва.

Перейдем к Кан Те Уку.  

В дорамах десяти – пятилетней давности был крайне расхож, да и сейчас далеко не изжил себя альфа-самец. Этакая скотина, которой всё прощается за великую и безусловную любовь к главной героине. Постепенный отход от этого стереотипа, а вернее, возврат к более гуманным характерам, говорит, в моём понимании, о некотором социально-экономическом прогрессе в обществе, потребляющем продукты корейского дорамапрома. Как уход от удовлетворения базовых инстинктов к цивилизованным формам взаимодействия. Можно сколько угодно говорить, что антифанаты «цветочков» ничего не понимают, но стоит вспомнить с чего «цветочки», собственно, начиналась.  Вспомнить, что F4 довели или чуть не довели до самоубийства кучу подростков.  И как это перекрыть "историей о настоящей любви и дружбе», я не представляю… 

Кан Те Ук – герой нового поколения. Этот воспитанный, эрудированный мужчина тоже сильный человек, но сила эта мягкая - не ломает, но поддерживает окружающих. Таким был Мо Юань в "Трёх милях", таким был шеф Ким, таким был смешной и милый, как плюшевый медвежонок, главный герой "Продюсера". И он тоже бежит к своей идеальной цели - общественной справедливости. Не ради неё ли он ушёл с проторенной отцом и дедом дороги и стал общественным защитником? Не ради неё ли сидит сутками в заваленном бумагами офисе и получает насмешки коррумпированных прокуроров? Но в отличие от Ко Хе Ран, он может остановить свой бег ради близкого человека. Как, например, его уход в Со Юль, вопреки принципам, ради нужных Хе Ран связей.

И, разумеется, он не был злым, ревнивым человеком. Во всяком случае, не более, чем большинство людей. Его гнев в тот злополучный день понятен – подобный же гнев привёл к дуэли Пушкина с Дантесом. Но был ещё и другой фактор - брошь Ко Хе Ран, память о неожиданном предательстве. Предательстве, которое сложно понять и принять. Мог ли он после того события семилетней давности, быть уверенным, что понимает жену, мог ли до конца доверять ей? Поставив себя на его место, смог бы зритель? Что вспыхнуло в голове Кан Те Ука при виде броши на спящей Хе Ран – не мысль ли о том, что как и семь лет назад, она вполне способна на новое предательство.

Дальнейшие события не менее понятны. Когда на человека неожиданно обрушивается катастрофа, зачастую, он ещё некоторое время не в силах поверить в неё и продолжает жить надеждой, что всё ещё возможно исправить.

Даже я, зритель, поняв неотвратимое завершение истории, до последнего кадра продолжала питать надежду.